?

Log in

No account? Create an account
ОСЕНЬ - Рыжие листья любви (фото) - объективная субьективность [entries|archive|friends|userinfo]
Общество Потерянных Поэтов

[ userinfo | livejournal userinfo ]
[ archive | journal archive ]

ОСЕНЬ - Рыжие листья любви (фото) [Oct. 16th, 2018|10:39 pm]
Общество Потерянных Поэтов

lost_poets

[antuzhewicz]
[ |Russian Federation, Москва]
[ |nostalgicностальгирую]

Шукшин.
Эх, печки-лавочки, да елочки-моталочки,
Там где плывуць русалочки, там морячки, да галочки,
Эх,  да печки-лавочки, да елочки-моталочки,
Там где то рубяць палочки, в погонах мужички,
У них в шкафах на плечиках висят в рядок рубашечки,
Фуражечки с кокардами на гвоздиках висят,
И кителя дубовые с петличками бордовыми,
Висят, сидят на плечиках, о жизни говорят,



Эх, печки-лавочки, да елочки-моталочки,
Там где плывуць русалочки, там морячки, да парочки,
Эх, да печки-лавочки, да елочки-моталочки,
Там где то рубяць палочки, в погонах мужички,
Пойду я лучше к Лидочке, она платочком беленьким,
Взмахнет и все наладится, век воли не видать,
Взмахнет и все наладится, закружится, покатится,
И мужичков с кокардами не буду больше ждать.
Эх, папки-мамочки, да деточки-упрямочки,
Несут портреты в рамочках, там рюмочки, да скляночки,


Эх, да папки-мамочки, да палочки-моталочки,
Там где то рубяць елочки, в погонах мужички. 


Хохмачи.
Три мешка у печи,
Три свечи горячи,
Три горшочка из глины с малиной,
На скамейке сидят и поют хохмачи,
Один толстый худой, второй длинный,
Две сестрицы витают вокруг хохмачей,
Укрывая платками предплечья,
Три мешка у печи,
Три свечи горячи,
Вы ничьи, мы ничьи, ты ничей, я ничья,
Люди Замоскворечья.
До утра далеко, в доме сыр, молоко,
Кони ржут, а девицы смеются,
Хохмачи обождут, когда люди уйдут,
И рубахи на теле порвутся.
Бей по струнам гусляр, три копейки на хлеб,
Да на квас золотистый душистый,



Три мешка у печи,
Три свечи горячи,
Расплясались под утро артисты.
Солнце встало уже, постучало в окно,
Хохмачи ищут деньги в карманах,
А сестрицы кувшины залили вином,
Ночь прошла ведь не поздно не рано,
Через сад на луга, там, где чей-то слуга,
С нетерпением ждет хохмачей,
Покатилась телега сама как могла,
Вы ничьи, я ничья, ты ничей.


Три мешка у печи, Три свечи горячи, Разгулялися хохмачи.


Баллада об охотнике.
Сквозь белую пену тумана идет человек по земле,
Три пальца перчатки торчат из кармана охотника – ветерана.
Он держит ружье на плече как ни странно, и длинную палку несет,
На Брянских болотах охота не сахар, в болоте не сахар спасет,
Он думает так, проходя вдоль трясины и прыгает с кочки на кочку комочком,
Он палку свою вырубал из осины и уходя не оставил ни строчки,
Что скоро вернется, а может и нет, что на чердаке под сукном пистолет,
Что ищут его коммунисты из центра, а он на охоту ушел этим летом,
Свой сахар схороненный в тайнике, где прочая снедь ожидает,
На дереве толстом, в дупле  у болота охотник приобретает,
Он месяц ходил по пустынным оврагам и слышал, как звери шипят,
Он чувствовал, но не видел кого-то, возможно, чьих-то щенят,
Вернулся на базу свою, три кусочка достал из земли и жует,
Но как же пройти, где найти мне дорогу, тут брод был, никак не поймет,
Когда-то давно вместе с дедом по батьке бродили в этих местах,
Всё ягоды да грибы собирали, из ружей в зверей никогда не стреляли,
Искали таинственный клад. 


Мы клад не нашли, но однажды под утро, проснувшись от пения птиц,
Я кошку увидел, сидела в кустах, вокруг скорлупа от яиц,
Когда мы поднялись, она потянулась, на дерево вмиг взобралась,
И лапой пушистой свой нос протирала, и брюхо чесать принялась,
Мой дед не спешил, он достал из подсумка три сахара белых куска,
Он рысью ее называл, улыбался, она мне смотрела в уста,
Мурлыкала громко, моргала глазами красивыми как у богов,
И кисти свои шевелила ушами, услышав свистульки бобров.
Тогда мы ушли и дед ей оставил еще пару лакомых штук,
Послухай сюда, мой любимый и добрый, и честный заботливый внук,
Ты с ней подружись, но смотри,  берегись, ведь это не кошка, а рысь.
Охотник сидел у костра, вспоминая, так где же тот дедовский брод,
Так долго здесь не был, так быстро бежал, попал в окружение болот.
Сидел у костра он так несколько дней и вспомнил, там были березы,
Собрался с умом и зарыл все припасы, льёт дождь и действуют грозы.
Так точно, они, он увидел деревья, что были практически былью,
Последний рывок и в родные края, у охотника выросли крылья,
По кочкам по кочкам, по ближе к березкам, он медленно медленно шел,
Шестом проверяя  опасный источник, а шест как осиновый кол,
Осталось немного, но нету деревьев, так хочется просто бежать,
Казалось бы, прыгнуть на берег с разбега, и воздухом вольным дышать,
И только подумал, по пояс в трясине, вокруг камыши и ягоды синие,
Руками хватает за все что попало, гребет и идет, но воздуха мало,
Ружьё утонуло и палку откинул, остались одни сапоги,
Избавиться надо от них, невозможно, истерика, крик:- Помоги!
Трясина сковала и давит и тянет, вливаются порции в рот,
Остались в лесу только руки и ноздри, да плачущий дедовский брод,



В глазах отражение берега мягкого, а на березе сидит,
Рысь что мурлыкала, морда кошачья, смотрит, на ветке висит,
Как по канату спустилась на край, держится лапами, не отпускает,
Ветка березы склонилась над ним, все зацепился, его поднимают,
Рысь отошла, а охотник, вздыхая, полз по земле как по донышку рая,
Сел у березки, выпить бы соку, рысь прилегла настороженно сбоку, Синее небо, дорога домой, так и дружили они меж собой. 



Два листа.

Два листа
На траве,
Чуть исписаных,
Два,
И мыслёнка
Не так уж остра.
В два часа,
На горе,
Позабыты едва,
Не остались лежать
У костра.
Пара слов,
Богослов,
И русунок
МИ-2,
Мелким подчерком,
Глобус земли.
Три сестры,
У окна,
Без чулок,
Без трусов,
Репродукции
Видов Дали,
Две дороги,
Сосна.
Спящий мальчик
В соломе.
Тризубец
Царя всех морей,
И вторжение
В мир,
И победа Сталлоне,
Стекающий с дерева
Клей.
И огонь,
Облизал,
Языками бумагу,
Трава уже тлела углём,
И запах сладчайший
Российскому флагу
Обязан железным рублём.
Вернулся художник,
Успевший отбросить,
Два рваных,
Но ценных листка.
И скоро пробьются,
Сквозь землю родную,
Два равных
По зимам
Ростка.
И будет в горах,
На рассвете,
Осеннем,
Будить свежий запах
Травы,
От Мудрого,
Брата
Святого Покрова,
До скорой,
Но долгой жатвы...


Сыр, сметану, сало, сахар, Крэм-Бруле и водочку, по тропинке по осенней в магазин Пятерочку...







Над августом месяц склонился,
Деревья подняли листву,
Луч света о стены разбился,
Глаза закрываю, усну.
Увижу как жёлтое поле
Дороги свои развернуло,
Столбы покосились от боли
И ласточек осенью сдуло.
Мои чемоданы у двери
Соскучились, ждут паровоза,
Уехать придётся на север
Там льды и лихие морозы.
Сжимается сердце, так грустно
Ведь ты же на счастье просила,
Когда на безлюдном вокзале
Своими слезами облила.
Шёл дождь проливной, не холодный,
Подали состав на минутку,
Замученный совестью, потный
Трясусь в этом поезде сутки.
И пальцем на ветхом планшете
Рисую наш дом, шестилетие.




Святой балалаечник.
На память, на память оставить,
Нам надо оставить на память,
Весенней слезы переливы,
Мотивы блуждающих душ,
Оставить на память у речки,
На память напиться воды,
Под пышной заплаканной ивой
Оставить на память следы,
Волнуются люди как волны,
Оставить на память нам надо,
Оставить, оставить на память,
Как теплые волны луны.
А шумом июньского ветра,
Наполнить народные чаши,
Ведь счастьем сияющим в небе,  
Народные чаши полны.
Что гусли распелись мы рады,
Что рядом кричат гусачки, 
Оставить на память нам надо,
Как в сердце стучат каблучки.








Огни.
Ты видела, как мерцают огни,
Когда поднимается ветер,
Как стонут, смеются и плачут они,
Но все же в глаза твои светят,
Вдруг, где то зажжется огонь в трех квадратах,
Там громко динамик звучит аппарата,
А им огонькам не охота обратно,
В глаза они смотрят твои.


Хрюшка с плюшкой.

На опушке в зеленой постели
Позабытая много лет всеми,
Спит испуганная деревушка,
Три двора, четыре избушки,
Два гуся у ворот с ними кот,
Бродит кошка с веселыми блошками,
Петухи будят местный народ,
Стимулируют куриц немножко,



Зацепился в цепи старый пес,
Не рычит, не скулит и не ест,
Спит не в будке, уж сильно подрос,
Утеплил себе рядышком место.
Слышен хруст во дворе на заре,
Так капуста хрустит за избушкой,
Да подпрыгивают канарейки,
Над молоденькой розовой хрюшкой,
Ножкой дергает хрюшка от счастья,
Мир прекрасен в деревне родной,
Подливает воды баба Настя,
И не скучно здесь хрюшке одной.
У нее элегантные ушки,
И округлый живой пятачок,
На груди у нее спряталась мушка,
За которой бежит паучок.


Наслаждается воздухом хрюшка,
То под солнцем лежит, то поет,
Даже хвостик покрылся веснушками,
Даже чувствует птицы полет,
Так и смотрит в синее небо,
Размышляет, мечтает и ждет,
Когда  праздник наступит языческий,
И по речке запустят плот,
Угостит баба Настя всех плюшками,
Животы надорвутся вот- вот,
Зазвенят бубенцы, да с гармошками.

Любит хрюшка этот народ.
Любит хрюшка эти гармошки,
Любит хрюшка эти поля,
Любит хрюшка румяную плюшку,
Любит хрюшка меня.
LinkReply